В Древней Греции женщины, выступавшие в роли оракулов, назывались пифиями — от слова «питон». Мифического Питона убил Аполлон, покровитель всех оракулов. Пифии были исключительно уроженками города Дельфы, и, посвятив себя службе богу, они не могли оставить это занятие, не могли выходить замуж. Поначалу пифии избирались из числа молодых девушек, но, после того как одна из них была совращена Евкратом фесса-лийским, жители Дельф изменили порядок их избрания:пифиями могли стать женщины не моложе 50 лет. В период расцвета Дельфийского оракула в действе участвовали непременно три пифии, каждая из которых была готова в любой момент занять место на треножнике. Поднимавшийся из-под треножника дым был таким густым и едким, что иногда прорицательницы падали с треножника, находясь в пророческом бреду, и эти ритуалы заканчивались даже смертельным исходом.

Этот отрывок, описывающий древний ритуал гадания, в котором присутствует смачивание ног и края платья водой, был явно использован Нострадамусом, что легко заметить из второй строки катрена 2 Центурии I.
В другом отрывке из того же древнего текста упоминается бронзовый треножник как непременный атрибут пророческих ритуалов. Трактат, цитаты из которого мы привели, был написан в оригинале на древнегреческом. В XV веке его перевели на латынь под названием «De Mysteriis Aeguptorum» - «О египетских мистериях». Весьма вероятно, Нострадамус был знаком с этой работой, причем еще в молодости, так как есть все основания полагать, что экземпляры ее переводов на латынь, напечатанные в Италии, ходили среди французских поклонников неоплатонического мистицизма с 1500 года. Более того, можно утверждать, что эта книга была опубликована во Франции в 1540-х годах, и весьма примечательно, что Нострадамус начал издавать свои альманахи вскоре после ее выхода. Исходя из указанных катренов можно заключить, что прорицатель пользовался среди прочих методов техникой, близкой к той, которая описана в книге Ямвлиха.

Эти два катрена содержат несколько ключей к гадательным ритуалам, к которым прибегал Нострадамус. Один из них - использование слова «ВЕТВИ» («BRANCHES»). В оригинальном издании «Центурий» оно было выписано прописными буквами. Это типичное для Нострадамуса указание на то, что определенные его слова следует понимать не в одном-единствен-ном значении или же что здесь использована какая-то игра слов.  В данном случае наверняка можно сказать, что Нострадамус использует это слово в трех значениях и все три смысла связаны с пророческим вдохновением. Наиболее важный - первый смысл. В оригинале это слово по своему звучанию сходно с именем греческого полубога Бранха, сына Аполлона, бога Солнца. Согласно древнегреческой легенде, в молодости Бранху был ниспослан пророческий дар, который он мог передавать другим. Именно поэтому Бранху был посвящен культ, процветавший вплоть до победы христианства. Ритуалы этого культа были связаны с предсказаниями будущего, получаемыми от медиумов, в роли которых выступали вдохновленные богами жрицы. Использовавшиеся при этом приемы описаны Ямвлихом Халкидским (умер около 335 года н. э.): «Прорицательница Бранха или сидит на столбе, или держит в своей руке жезл, дарованный неким божеством, или смачивает свои ноги и край одежды водой...Так она совершает пророчества. Она чувствует себя приближенной к богам».

И второй катрен подхватывает:

Жезл 6 руке помещен в центр между ВЕТВЯМИ. Он увлажняет водой свои ноги и край одежды. Страх и Голос заставляют его дрожать в своих рукавах. Божественное великолепие, Божество сидит рядом.

В этих двух катренах Нострадамус описывает один из вариантов очень древнего магического ритуала гадания, но особое значение имеют третьи строки обоих катренов. Написав их именно этими словами,прорицатель достигает двух целей. Во-первых, он дает понять адептам оккультной философии, что знаком с «Халдейскими оракулами» — сборником древних герметических текстов, намекая на тот отрывок, где говорится о «Бесформенном Огне»,откуда исходит «божественный Голос Огня», к которому должен прислушаться тот, кто хотя бы временно пребывает в обществе богов. Во-вторых, Нострадамус говорит, что тонкое пламя было божественного происхождения, исходящего из «одиночества», что в данном контексте могло означать «Единичности».

Вполне возможно, что некоторые «оккультные» катрены «Центурий» содержат в себе закодированную информацию о тайных и запретных методах пророчеств, которыми пользовался Но-страдамус, заглядывая в будущее. В этом смысле наиболее понятны и важны первые два катрена Центурии I. В них Ност-радамус описывает себя самого — языком, доступным для всех, кто хотя бы немного знаком с поздним классическим мистицизмом - намекая на свое увлечение белой магией. Очень искусно он выбирает слова, бессмысленные для непосвященного читателя. Катрен гласит:
Я сижу ночью один 6 потайном кабинете, Усевшись на медный треножник. Тонкое пламя возникает из одиночества, Даруя успех тому, что достойно веры.